пресса

Фарид ХАЙРУЛИН, фотожурналист: «Свет — это все. Точнее, тень»

Фарид Хайрулин - член Союза Журналистов СССР и Азербайджана, Член правления фотохудожников СССР, член союзов художников и журналистов Азербайджана, Объединения фотографов Азербайджана, лауреат премий «Хумай», «Золотой Аргус» и имени Г.Зардаби. Провел персональные выставки: «Баку вчера, сегодня» - в 2007 году в Баку и в 2008 году в Марокко, в Национальном театре Мохаммеда V (в рамках дней культуры Азербайджана), в 2009 году - в Казани, а также в Китае, Иране, Швейцарии, Германии, Кубе, Мексике. На днях ему исполнилось 65. Человек, проработавший в интереснейшей сфере - журналистике, обладатель множества почетных наград, он и сейчас утверждает, что главная награда для него - это жизнь. И вот уже почти с полвека он осваивает ее посредством камеры, оставляя фотографию момента, сконцентрировавшую в себе сгусток дня с его не всегда постижимыми коллизиями. Об этом и многом другом с Фаридом ХАЙРУЛИНЫМ побеседовала корреспондент «Азербайджанских известий» Натаван ФАИГ ГЫЗЫ.

- Поздравляю вас с юбилеем. Фарид муаллим. Ну и как отпраздновали?

- А никак, знаете, после рождения дочки, справляю только ее день... С утра встал, пошел снимать город...

- А в нашем городе есть еще что-то, что миновала ваша камера?

- Не поверите, я сам удивляюсь - хожу, и как прозреваю. Как до сих пор проглядел? Это вечный процесс, как мне кажется. Реальность часто преподносит сюрпризы. Сегодня я был во Дворце Ширваншахов - сколько раз сюда прихожу, столько снимаю, и каждый раз выходит по-новому...

- Работа с камерой - что это? Фиксация череды событий, осознание себя, своей миссии летописца или способ уцелеть финансово...

- Камера - рабочий инструмент. Это первое. Однако сама камера - момент вторичный, потому что самое главное - человек, который ею снимает. Должна быть какая-то идея, какая-то движущая мысль. Фотография - это продолжение моего видения, моих чувств. Мне очень повезло в жизни: занимаюсь тем, от чего получаю колоссальное удовольствие. А по-другому я и не могу. Что до летописца - это есть, безусловно. И всегда говорю: я человек, который вот уже 45 лет ведет летопись страны. Это однозначно.

- Вы переходите из одного жанра в другой - легко, не перестраивая и не усекая мировозренческого мышления. Позиция - она незыблема, глаза-то не заменишь. Сердце тоже. Ваш излюбленный жанр фотографии?

- Человек и плоды его труда. Индустриальная тема, люблю снимать производство. Это легко объяснимо. Так как я начинал работу в журналистике в советское время, тема труда была первичной и превалирующей - оттуда и пошло. Я получаю огромное удовольствие, работая на промышленных предприятиях: снимая какую-то металлоконструкцию, в поисках интересного композиционного ее решения, я испытываю не меньшее удовольствие, чем делая портрет красивой женщины. Это может показаться странным, но поверьте, - творческий запал тот же! Хотя в то время и культуру снимали, и науку, и спорт, и событийное - съезды, конференции, приезжали какие-то делегации. Поневоле приходилось работать в различных жанрах. И вот эта моя универсальность сегодня многих удивляет.
Несколько лет тому назад я познакомился с репортером из Франции Георгием Пинхасовым - человек с мировым именем, член Агентства «Магнум». Он единственный из бывшего Союза, кто там работает, более 20 лет живет в Париже, приезжал с целью сотрудничества с нашими изданиями.
Мы несколько дней провели вместе, он был у меня, смотрел работы. Так вот ему очень понравилась одна из них - реклама черной икры. Он был удивлен, скажу больше ошарашен - как, вы и это снимаете? Пинхасова поразило, что я, будучи человеком прессы, занимаюсь рекламной съемкой. На мой вопрос - почему это тебя удивляет, он ответил, что это ведь разные категории мышления, разные стили, разное восприятие, разные формы, разные подходы... Он долго восторгался этим моим этюдом и даже сравнил его с японском стихом хокку по лаконизму: три детали, три штриха - и все ясно. Так и сказал: «это то, к чему я стремлюсь». Откровенно говоря, для меня это было лестно. Действительно непросто было все это придумать - по цвету, подаче. Я этой работой горжусь...

- А почему вы не продолжили работать в этом направлении?

- Понимаете, делать какие-то этюды со светом, с тенью - очень заманчиво, это бесконечная тема. Но я думаю - кому это нужно, где это я могу использовать? К сожалению, времени слишком мало. Я всегда, работая, подразумеваю того или иного заказчика и степень востребованности темы...

- То есть в стол не работаете.

- Не работаю. Снимать и думать - когда-нибудь кто-нибудь это увидит и, значит... Нет, для меня важна реализация.

- Фотография - всегда ускользание в метафизику, неуловимо ощутительное. Непросто, наверное, это - фиксируя насущное, создавать непреходящее. Как бы под ракурсом Вечности.

- Есть такое понятие - объективная реальность, и один из компонентов фотокамеры - объектив. Казалось бы, объектив должен давать объективное отражение. Но в мире нет ничего объективного - все субъективно. Я говорю - я всегда знаю, что я хочу сделать. У меня в подсознании это сидит.
Приведу пример - 97, кажется, год, 20 января, Гейдар Алиевич на Шяхидляр хиябаны подходит к вечному огню возложить венок. Я стою с обратной стороны этого огня в исходной позиции, жду, когда он подойдет поближе - у меня мысль снять президента. И вдруг я периферийным зрением «вижу» - что-то бликует! Море бликует! Обернулся - потрясающая картинка! Тогда там еще были нефтяные вышки в воде... Я повернулся, сделал 5-6 кадров, опять повернулся и снял президента. Одновременно - если бы словил еще что-то, взял бы и это. Я ищу интересную форму, всегда стремлюсь через частное показать общее...

- Эта характерная черта вашего стиля просматривается достаточно явно. Ваша серия «Баку - вчера, сегодня» еще одно подтверждение того, о чем говорим.

- Абсолютно верно. Там один из сюжетов - смешение времен: Исмаиллийе, хайтековский дом, а на переднем плане крепостная стена. Получилось: Баку - вчера, сегодня и позавчера.

- Знаменитый кадр. Три эпохи. Три вечности. Фарид муалллим, вы производите впечатление человека рационального, упорядоченно собранного, слишком адекватного...

- Знаете, я за планирование. Даже в школьные годы не помню, чтоб просто стоял у стеночки во дворе, всегда присутствовал жесткий график. Ходил в какие-то кружки, серьезно занимался спортом, и даже накануне выпускных экзаменов в школе пошел на тренировку - занимался легкой атлетикой и баскетболом. Ну не мог пропустить. В этом плане я, наверное, больше немец. Педант я...

- А как же разбросанность художника, с его внутренним раздраем, бытовым хаосом и захлестами и заносами...

- А меня заносит - (смеется). На крыши. Люблю снимать с высоких точек - так появляется многоплановость.

- Но вам и взбираться особенно не надо - при вашем-то метре 92...

- Этого мало - высоту люблю, настоящую. Вертолетную съемку обожаю - это не передаваемо, паришь в воздухе и - снимаешь... Панорама мне нужна, обозрение. Если нет возможности, лезу на стол, например...Излюбленное место - крыша Дома советов - на самом краешке - ни высоты не боюсь, вообще ничего не боюсь, когда работаю... Это потом удивляюсь самому себе - а что если... Но это уже дома. Игра свето-тени, ее ритма - за ней я охочусь постоянно.
А мир - он цветной или все же черно-белый, я о колористическом решении. Вы нередко отдаете предпочтение последней цветовой комбинации, как я заметила?
Черно-белая фотография. Рай-ад - дуализм нашей жизни. Мир построен на двоичном коде - белое-черное, мужчина-женщина, хорошее-плохое... Даже компьютерный язык - ноль один: нет-да. Люди, что-либо оценивая, - человека, какое-то явление или произведение искусства - вначале исходят из позиции: да - нет. Непременно. Это потом уже подводят под свое мнение какую-то базу, начинается объяснение, анализ того или иного... А вначале - однозначно категорично: такова неизбежно первая реакция. Об этом можно много говорить. Так вот я исхожу из ситуации, опять-таки все диктует тема - есть сюжеты, изначально исключающие цвет.

- Ваша фотопублицистика. Серия «Беженцы» - не просто фото групп людей, это обличительный документ, зовущий всмотреться в боль, прочувствовать ее, а не просто посочувствовать. Каково было вам, привыкшему снимать парадный вход, достижения индустриального города и вдруг - сумрачность палаточного городка, с его грязью-непролазью... Не коробило?

- Абсолютно. Понимал важность этой темы, осознавая что мир должен это увидеть. В Саатлах я снимал - очень интересный типаж пожилой женщины, получился портрет плакатного типа. Видите - лицо, с чувством собственного достоинства, не плачущее, как обычно показывают, никакой угрюмой безысходности. Я смотрел на нее и я чувствовал, что этот человек хочет вернуться на свои земли, горит этим желанием, не потерял его. Боль снимать труднее - ее автоматом не снимешь, душевных сил много требует. Ты всегда участник происходящего, иначе тебе - не поверят.

- Фрагменты, выхваченные из жизни вокруг. Очень важные фрагменты. А кто не забылся и не забудется?

- Гейдар Алиевич Алиев. Человек, удививший мир.

- Я знала, что вы его назовете. Вы ведь единственный из репортеров, кто встречал его в аэропорту с камерами...

- Да, из Нахчывана, в первый его приезд.

- А как вы с ним познакомились?

Это было 80-82 годах, на одном из горкомовских совещаний.

- Расскажите о волнующих моментах вашего общения - наверняка они были.

- На выставке «Нефтегаз» я выполнял заказ Министерства энергетики, США - несколько дней работал с ними, естественно, говорил на английском языке. В день открытия выставки пришел Гейдар Алиевич, и вот в самый ответственный момент, когда он с министром энергетики обменивается рукопожатием для прессы, буквально за мгновение до этого у меня кончается пленка. Я отошел чуточку, перезарядил, когда уже подходил к этому месту, увидел, что Гейдар Алиевич переходит к следующему стенду. Я от такого эмоционального состояния своего, понимая, что упускаю кадр, очень важный, неожиданно для себя крикнул: - Мистер президент, джаст ту момент! Повторите рукопожатие! Он вернулся, лично для меня это сделал, я сказал - сянк ю вери мач. Перейдя к другому стенду, он подзывает меня, говорит: «Хайрулин, ты что это со мной на английском разговариваешь?» Кстати, Гейдар Алиев знал английский...А как умел заряжать своей невероятной энергетикой - знаю по себе. Помню, он приехал из Турции после лечения, а у меня температура за 39, лежу, глаз открыть не могу. Ехал на съемку, свернувшись калачиком. Когда он вышел из самолета, я сразу «выздоровел» - весь вид его, полный жизни, его незабываемая улыбка... Это была моя лучшая съемка, самая волнующая - я буквально летал, ну никогда так не снимал! К слову, Гейдар Алиевич понимал и любил фотографию. Разбирался в ней...

- А в чем он не разбирался? Я не знаю такой сферы - все что касается искусства...

- И производства тоже. ЦРУ называло его человек-компьютер за феноменальную память и выдающиеся аналитические способности. Необыкновенный был человек - во всем удивлял. Вот фотография, люблю этот кадр - открытие парка в Низаминском районе. Чем она характерна - достаточно немолодой уже мужчина, под 70, поливает дерево из ведра - тяжелого, килограмм 12-13, на вытянутых руках, и не дергается это ведро... Посмотрите какая ровная струя! Потом другие, более молодые, пытались это повторить - так у них это ведро гуляло в руках ... А вот еще фото - вернувшегося Гейдара Алиевича - «Раздумье».

- Это ваша работа? И вновь - знаменитая фотография.

- Моя, конечно. Чужих не держу.

- Я знаю, у вас есть дочь, которую вы называете своим «самым успешным проектом».

- Да, единственная дочь, она юрист. Динара окончила факультет Международного права БГУ, потом поступила в шесть европейских университетов, мы выбрали Оксфорд. Сейчас работает в BP.

- Она не пошла по вашим стопам...

Не пошла. Не снимает, но взаимопонимание у нас безоговорочное. Горжусь ею. Она пишет, недавно закончила роман «Белая лестница». Хорошие, правильные дети это большое счастье. И возможность еще полнее отдаваться своей работе. Я говорю о себе. Поэтому с оптимизмом смотрю в будущее.

- Вы ведете некий дневник - рубежа столетий. Почти с полвека ведете. Запечатлеть коллективный портрет поколения, с его особым мироощущением, складом мышления и системой ценностей, как вы думаете - вам это удалось? Эпоха-то будет виднеться и вашими глазами...

- Несколько пафосно сказано, но доля правды в этом есть...

04.08.2012
Газета «Азербайджанские Известия»
Полный текст на сайте
www.azerizv.az

Газета «Азербайджанские Известия»
04.08.2012